Зачем субсидировать альтернативную энергетику?

Содержание

Источник: http://www.oilru.com/news/504235/

ВетропаркВ настоящее время альтернативная энергетика существует лишь потому, что ее субсидируют», – сказал президент России Владимир Путин летом 2013 г. А в начале февраля 2016 г. президент США Барак Обама предложил американскому конгрессу утвердить новую инициативу – ввести налог на американских производителей и импортеров нефти в размере $10/барр. и использовать налоговые поступления для ускорения перехода к экологически чистому электрическому транспорту.

Альтернативная энергетика переживает далеко не худшие времена. С 2009 по 2015 г. себестоимость ветряной электроэнергии упала на 61%, себестоимость солнечной электроэнергии – на 82%. Скорость, с которой происходит удешевление альтернативного топлива, типична разве что для индустрии информационных технологий. Лидеры мирового автопрома стараются оставаться адекватными запросам времени. Концерн BMW заявил о намерении создать электрическую (PHEV, plug-in hybrid electric vehicle) версию каждой из своих основных моделей. Mercedes представит на рынок 10 новых PHEV-моделей до 2017 г. Toyota делает ставку на свою версию электромобиля по принципу FCEV (fuel cell electric vehicle – водородные топливные элементы). Рынок оценивает капитализацию, а значит, и потенциал компании Tesla – вчерашнего стартапа по производству электромобилей – в половину капитализации таких грандов, как Ford и General Motors.

Зачем увеличивать налоги на традиционную энергетику, фактически субсидируя альтернативную, когда последняя впервые в своей истории достигла точки самоокупаемости?

В предложении Обамы присутствует политический и экономический контекст. Политический контекст определяется президентской кампанией и республиканским большинством в конгрессе, которое, вероятно, заблокирует данное предложение в его текущем виде. Если бы не экономический контекст, данное предложение было бы не более чем политической разменной картой.

В экономике некоторые ресурсы, предложение которых не ограничено, имеют нулевую стоимость. Например, воздух. Долгое время способность окружающей среды абсорбировать эмиссию вредных веществ – побочный продукт сжигания ископаемых топлив – воспринималась именно как такой неограниченный и бесплатный ресурс. Однако проблемы с экологией, накапливавшиеся на протяжении последнего столетия, привели к пониманию того, что абсорбирующая способность окружающей среды конечна.

Таким образом, аналогия с неограниченным бесплатным воздухом неправильна и более уместным является сравнение с парковочными местами в центре большого мегаполиса. Взимание платы за ограниченный ресурс (парковочные места, или абсорбирующая способность окружающей среды) позволяет при правильном выборе цены найти правильный баланс.

Предложение Обамы не первое в своем роде. В 2005 г. в Европе была запущена схема по торговле квотами на выбросы диоксида углерода. Параметры схемы были установлены до кризиса 2008 г. и оказались неадекватными новой реальности, в которой экономики росли медленнее, чем это виделось в 2005 г. Квот предлагалось в избытке, и цены на них установились на не меняющем поведение участников низком уровне. Принцип был правильным, выбор параметров – нет.

Солнечные коллекторы

Солнечные коллекторы

Так почему сейчас? В отсутствие альтернативы спрос на некоторые товары практически не зависит от цены. Нефть по $140/барр. была платой за поддержание привычного качества жизни, лишь незначительно меняя привычки потребления. Сейчас с появлением такой альтернативы фактически на рынке появилось два товара – энергоносители с побочными эффектами для окружающей среды и энергоносители без таковых, и то, что эти два товара должны иметь разную цену, не более чем естественное положение вещей. Предложенный налог на нефть является попыткой ввести плату за побочные эффекты и тем самым установить ценовой дифференциал.

Мы привыкли, что страны-производители вводят налоги на нефть с целью изымания природной ренты. Такие налоги не оказывают влияния на рыночное ценообразование, а ведут к перераспределению прибыли внутри отрасли от компаний к государству. Напротив, введение дополнительных налогов странами-потребителями увеличивает себестоимость нефти для всех производителей, а значит, ведет к росту цены на рынке. Однако неправильно считать, что это равнозначно падению уровня благосостояния потребителя. Ровно наоборот. Некоторые издержки, которые несет общество, например такие как сокращение продолжительности и ухудшение качества жизни из-за плохой экологической обстановки, не имеют монетарного выражения. Повышение монетарной стоимости нефти приведет к непропорционально большему сокращению немонетарных расходов для общества.

Если подобные предложения будут приниматься, главным следствием станет ускорение перехода к экологически чистому электрическому транспорту. Топливо станет дороже, а себестоимость электроэнергии из возобновляемых источников не изменится (и продолжит дешеветь), что приведет к сокращению срока окупаемости электрических и гибридных автомобилей, которые, впрочем, уже сегодня являются разумной экономической альтернативой традиционным. Принятие нового налога на нефть ускорит наступление «пика нефти». Пика спроса, а не предложения.

В глазах скептиков предлагаемая инициатива выглядит как политический блеф или в лучшем случае как разменная карта. Экономическая логика и своевременность должны сделать ее козырем в руках демократов в борьбе за президентское кресло.

Виталий Казаков – директор программы «Экономика энергетики» РЭШ

Наверх